?

Log in

No account? Create an account
александр петроченков

apetrochenkov


Александр Петроченков


Entries by category: общество

На заводе АРМА состоялся пивной фестиваль Craft Depot Fest 2019
александр петроченков
apetrochenkov



Эрик Берн. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры
александр петроченков
apetrochenkov
Это одна из культовых книг по психологии человеческих взаимоотношений. Эрик Берн разработал систему, которая призвана избавить человека от влияния жизненных сценариев, программирующих его поведение, научить его меньше «играть» в отношениях с собой и другими, обрести подлинную свободу и побудить к личностному росту. Здесь немало полезных советов, которые помогают понять природу человеческого общения, мотивы собственных и чужих поступков и причины возникновения конфликтов. По мнению автора, судьба каждого человека во многом определяется еще в раннем детстве. Но и в зрелом возрасте она вполне может быть осознана и управляема.

Будто бы именно с публикации этого международного бестселлера в России начался нынешний «психологический бум». (Обратите внимание на указанный тираж книги.) Миллионы людей вдруг осознали, что психология может быть весьма интересной и с ее помощью можно многое понять в себе и других.

Автор книги — Эрик Леннард Берн, он одна из ключевых фигур в современной психологии, создатель оригинального направления в психотерапии — «трансакционного анализа», рассматривающего игру в качестве основы человеческих взаимоотношений. Разработка этой теории принесла ему мировую известность. Его книга уже полвека является абсолютным бестселлером по человеческим взаимоотношениям и входит в мировой Топ-5 самых популярных книг по психологии.

Эрик Берн родился в Квебеке в семье врача. Окончил университет Макгилла, в 1936-1938 годах посещал курсы при психиатрической клинике в Йеле, затем учился в Нью-йоркском (1941-1943) и Сан-францисском (1947-1956) институтах психоанализа. В 1943 году принял американское гражданство. С 1951 по 1954 год служил в армии США, затем работал в ряде психиатрических клиник, с начала 60-х годов стал вести семинары по групповой терапии. По итогам этих семинаров впоследствии написал эту книгу, которая стала интернациональным бестселлером. Эрик Берн был членом Американской ассоциации психиатров и Индийского психиатрического общества; кроме того, он основал Международную ассоциацию трансперсонального анализа.

Эта культовая книга стремится помочь наладить семейные отношения, понять мотивы собственных и чужих поступков, научиться избегать конфликтов с окружающими. Для этого в книге есть сценарии игр, в которые люди бессознательно играют каждый день. Объясняется соответствие игр жизненным ситуациям, в которых они разыгрываются, и приводятся стратегии антиигр, с помощью которых можно освободиться от привычного поведения.

Эрик Берн. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры (Games People Play. What Do You Say After You Say Hello). / Перевод: Александр Абрамович Грузберг. — М.: Эксмо, 2016. — 576 с. — Твердый переплет. — Тираж 90000 экз. — (Серия: Психология общения)

Наоми Вульф. Миф о красоте. Стереотипы против женщин
александр петроченков
apetrochenkov

Многие женщины чувствуют себя теперь достаточно свободными и независимыми, чтобы одеваться по своему выбору — нарядно или повседневно, пользоваться губной помадой, косметикой, наряжаться, выставляя свое тело напоказ, или наоборот выглядеть естественно, носить спортивные майки, и иногда поправляться или худеть, не опасаясь, что при этом пострадает их женская самооценка или целостность их личности.

Но еще не так давно принимать подобные решения было куда сложнее и страшнее. Трудно поверить, что еще десятилетие назад слишком многие из женщин задавались вопросами: «Будут ли меня воспринимать на работе серьезно, если я буду выглядеть “слишком женственно”?», «Станут ли меня вообще слушать, если я буду выглядеть чересчур неприметно, как серая мышка?», «Буду ли я “плохой”, если наберу вес?», «Стану ли я “хорошей”, если избавлюсь от лишних килограммов?».

Если сегодня женщины больше так не думают или по крайней мере знают, что думать так — в корне неверно, это свидетельствует о внутренней силе убеждения, укоренившегося в сознании многих женщин, и доказывает их способность меняться и позволять себе чуть больше свободы действий.

Наоми Вульф родилась в еврейской семье. Мать, Дебора Гоулман Вулф, из семьи российского происхождения, крупный антрополог, автор книги «Лесбийское сообщество». Отец — Леонард Вульф, исследователь готической литературы, переводчик с идиша на английский язык. Племянница психолога Даниэла Гоулмана и физика-ядерщика Элвина Вайнберга. Закончив Высшую школу «Лоуэлл», Наоми поступила в Йельский университет, получив дипломом бакалавра искусств по английской литературы. В 1985-87 гг. проходила обучение в Оксфордском университете по международной стипендии Родса. Была замужем за спичрайтером Билла Клинтона Дэвидом Шипли, в браке с которым родила дочь Розу и сына Джозефа, названных в память родителей её отца. Брак закончился разводом в 2005 году.

В этой книге Наоми Вульф определяет женскую красоту тела как товарное качество, присущее всему, что обращается в обществе потребления. Нельзя не признать, что книга написана сильно и зло. «Миф о красоте» — бестселлер, переведенный на многие языки, ставший культовым произведением американской писательницы и журналистки. На сегодняшний день это самое громкое, широко цитируемое и обсуждаемое феминистское произведение, так как благодаря этой книге Наоми Вульф приобрела статус ярчайшего представителя феминизма 3-ей волны.
Предыдущая ее книга «Вагина. Новая история женской сексуальности», переведенная на русский язык в 2014 году, позволила лучше понимать женскую сексуальность и индивидуальность, а для женщин — лучше понять и оценить себя. Однако книга снискала репутацию текста провокационного, не всегда твёрдо обоснованного с научной точки зрения.

Пожалуй, книга «Миф о красоте» может оказаться увлекательной и полезной и для мужчин, ведь в процессе своей трансформации миф все больше вовлекает и их в сферу своего влияния, навязывая уже им подчас жесткие, хотя и бессмысленные правила.

Наоми Вульф. Миф о красоте. Стереотипы против женщин. (The Beauty Myth: How Images of Beauty Are Used Against Women), 4-е издание. — М.: Альпина нон-фикшн, 2018. — 446 с. — Твердый переплет — (Серия: Popular Science)

Кейт Феррацци, Тал Рэз. «Никогда не ешьте в одиночку» и другие правила нетворкинга
александр петроченков
apetrochenkov
Многие деловые люди хорошо понимают простую истину: в бизнесе связи решают все. Поэтому среди деловых людей Европы, Америки и всего остального мира одним из главных навыков для каждого эффективного предпринимателя и менеджера считается нетворкинг — умение открыто и искренне общаться с самыми разными людьми, выстраивая сеть полезных знакомств.

Автор этой книги, собрав в своей записной книжке более пяти тысяч контактов сильных мира сего, делится секретами построения широкой сети взаимовыгодных связей в бизнесе и не только. Следуя его советам, можно не только реализовать свои амбиции и способности, но и помочь кому-то сделать то же самое. И что не менее важно, этим можно украсить свою жизнь общением с интересными собеседниками.

Эта книга посвящена искусству нетворкинга, то есть умению непринужденно налаживать связи, заводить новых друзей, получать от этого какую-то выгоду и отдавать другим людям пользу. Многие начинающие предприниматели считают себя самостоятельными и одинокими волками, которые хотят работать в одиночку и ни с кем не связываться. Но довольно скоро многие понимают ошибочность такой позиции.

Человеческое окружение способно очень серьезно помогать в развитии бизнеса. Впрочем, мешать оно тоже может. Если вылезти из своей раковины, можно увидеть, что окружающие люди придают сил. Поэтому правильное новое знакомство — это суперважно.

В книге много повторов и лишних слов, но в целом она хорошо мотивирует на расширение круга общения. Автор дает конкретные советы, как заводит знакомства, какую выгоду из этого можно получить, и как это делается практически. Полагаю, книга обязательна для предпринимателей и руководителей, и всем остальным ее можно рекомендовать. Мы ведь живем среди людей.

Кейт Феррацци, Тал Рэз. «Никогда не ешьте в одиночку» и другие правила нетворкинга. (Never Eat Alone and Other Secrets to Success, One Relationships at a Time.) — М.: ООО«Манн, Иванов и Фербер», 2018. — 344 с. — Твердый переплет. — Тираж 3000.


Анатолий Клёсов, Константин Пензев. Арийские народы на просторах Евразии
александр петроченков
apetrochenkov
Признаюсь, мне трудно судить, насколько эта книга действительно научна и перспективна. Тем более настораживает, что маленькое предисловие к ней написал широко известный стенд-ап комик и юморист Михаил Задорнов, ныне покойный. Подозреваю, что у многих узких специалистов к идеям авторов может быть немало претензий и гневных возражений. Но я никакой не узкий специалист, а просто читатель, пытающийся узнать что-то новое. Тем более, что авторы попытались объединить в один узел в своей научно-популярной книге генетику, ДНК, общую биологию, историю, исследование древних рас, археологию, лингвистику и много еще чего, что трудно соединить по методологическим причинам.

Книга показалась мне несколько эклектичной, хотя и очень любопытной, так как в ней довольно подробно и наглядно, на множестве графиков, объясняется суть и смысл ДНК-генеалогии. А в этой области профессор А.А. Клёсов, один из соавторов книги «Арийские народы на просторах Евразии», является экспертом с мировым именем. Википедия сообщает, что Клёсов — советский и американский биохимик, специалист в области полимерных композиционных материалов, биомедицины, ферментативного катализа. Имеет двойное гражданство — России и США. Он автор концепции ДНК-генеалогии, пропагандируемой им в качестве новой науки, изучающей миграции популяций и генетическую историю человечества. Но теоретические основы ДНК-генеалогии, её методы и выводы многие специалисты считают некорректными. Против ДНК-генеалогии выступают некоторые историки, антропологи, этнологи, лингвисты и специалисты в области популяционнойгенетики. То есть ДНК-генеалогия — острая штучка!

Повторю, я не готов давать оценку этому учению, но мне такой метод представляется любопытным инструментом, позволяющим по накапливающимся генетическим ошибкам и мутациям анализировать и делать какие-то выводы, отслеживая движение генотипов на обширной территории Евразии.

В этой книге авторы изучают генеалогию легендарных ариев, которых лингвисты называют индоевропейцами, и показывают со ссылками на факты ДНК-генеалогии, что арийские народы шире индоевропейских языков. Лингвисты не в состоянии дотягиваться до предков носителей гаплогруппы R1a, от которых происходят удивительные культуры и цивилизации на территории всей Евразии, от Пиренеев до Китая и Индии. Авторы находят генетику ариев у народов русского Севера, у рединов на Мальдивах, у «афанасьевцев» Минусинской котловины, у кельтов Центральной Европы, у скифов от Дона до Алтая, у уйгуров и многих других народов, включая миллионы славян. По объяснению Клёсова, «ДНК-генеалогия резко сдвигает баланс в сторону научного патриотизма, показывает, что норманизм — это фантом, это просто мировоззрение, русофобство по своей сути…»

Более того, в этом незаурядном исследовании Анатолия Клёсова и Константина Пензева ставится под сомнение ставшая уже неоспоримой догмой классическая гипотеза об африканском зарождении и выходе человечества с территории Африки в Европу и Азию. Нельзя исключать, что авторы разделят скандальную известность академика Анатолия Фоменко и его коллеги Глеба Носовского, чьи исследования хронологии позволили им написать уйму исторических бестселлеров, гонорары от которых наверняка намного превышают их скромные научные заработки. И несмотря на скепсис, устойчивые возражения и критику историков, пока так никому и не удалось опровергнуть их в высшей степени странных исторических гипотез.

Но Анатолий Клёсов неоднократно отмечал, что «официальная наука» излишне строга к так называемой лженауке и тем самым препятствует научному прогрессу. На страницах издаваемого Клёсовым журнала «Вестник Российской академии ДНК-генеалогии» публикуются такие не признаваемые наукой авторы, как Андрей Тюняев, Валерий Чудинов, Геннадий Гриневич и другие. Однако концепция Клёсова не только подвергается критике, но также зачастую получает положительную оценку в разных странах и научных сообществах. Например, Мартин Веселски в своей статье, опубликованной в 2012 году в Journal of Computational Biology охарактеризовал предложенный им метод анализа гаплотипов и метод Клёсова как дополняющие друг друга и находящиеся во взаимном согласии.

Анатолий Клёсов, Константин Пензев. Арийские народы на просторах Евразии. — М.: Книжный мир, 2015. — 354 с. — (Серия: ДНК-генеалогия).

Кому интересно, предлагаю послушать Анатолия Клёсова на канале «День ТВ». https://youtu.be/AHwzG9cIM1M

Маршал Иван Конев: «Сталинская победа — это всенародная беда»
александр петроченков
apetrochenkov
Маршал Советского Союза (1944), дважды Герой Советского Союза (1944, 1945) Иван Степанович Конев (1897-1973) советский полководец.
Степан Кашурко — бывший помощник по особым поручениям маршала Конева, генерал-полковник, Президент Центра розыска и увековечивания без вести пропавших и погибших защитников Отечества:
В канун 25-летия Победы маршал Конев попросил меня помочь ему написать заказную статью для «Комсомольской правды». Обложившись всевозможной литературой, я быстро набросал «каркас» ожидаемой «Комсомолкой» победной реляции в духе того времени и на следующий день пришел к полководцу. По всему было видно: сегодня он не в духе.
— Читай, — буркнул Конев, а сам нервно заходил по просторному кабинету. Похоже, его терзала мысль о чем-то наболевшем.
Горделиво приосанившись, я начал с пафосом, надеясь услышать похвалу: «Победа — это великий праздник. День всенародного торжества и ликования. Это...»
— Хватит! — сердито оборвал маршал. — Хватит ликовать! Тошно слушать. Ты лучше скажи, в вашем роду все пришли с войны? Все во здравии вернулись?
— Нет. Мы недосчитались девятерых человек, из них пятеро пропали без вести, — пробормотал я, недоумевая, к чему это он клонит. — И еще трое приковыляли на костылях.
— А сколько сирот осталось? — не унимался он.
— Двадцать пять малолетних детей и шестеро немощных стариков.
— Ну и как им жилось? Государство обеспечило их?
— Не жили, а прозябали, — признался я. — Да и сейчас не лучше. За без вести пропавших кормильцев денег не положено... Их матери и вдовы глаза повыплакали, а все надеются: вдруг хоть кто-нибудь вернется. Совсем извелись...
— Так какого черта ты ликуешь, когда твои родственники горюют! Да и могут ли радоваться семьи тридцати миллионов погибших и сорока миллионов искалеченных и изуродованных солдат? Они мучаются, они страдают вместе с калеками, получающими гроши от государства...
Я был ошеломлен. Таким я Конева видел впервые. Позже узнал, что его привела в ярость реакция Брежнева и Суслова, отказавших маршалу, попытавшемуся добиться от государства надлежащей заботы о несчастных фронтовиках, хлопотавшему о пособиях неимущим семьям пропавших без вести.
Иван Степанович достал из письменного стола докладную записку, видимо, ту самую, с которой безуспешно ходил к будущему маршалу, четырежды Герою Советского Союза, кавалеру «Ордена Победы» и трижды идеологу Советского Союза. Протягивая мне этот документ, он проворчал с укоризной:
— Ознакомься, каково у нас защитникам Родины. И как живется их близким. До ликованья ли ИМ?!
Бумага с грифом «Совершенно секретно» пестрела цифрами. Чем больше я в них вникал, тем больнее щемило сердце: «...Ранено 46 миллионов 250 тысяч. Вернулись домой с разбитыми черепами 775 тысяч фронтовиков. Одноглазых 155 тысяч, слепых 54 тысячи. С изуродованными лицами 501342. С кривыми шеями 157565. С разорванными животами 444046. С поврежденными позвоночниками 143241. С ранениями в области таза 630259. С оторванными половыми органами 28648. Одноруких 3 миллиона 147. Безруких 1 миллион 10 тысяч. Одноногих 3 миллиона 255 тысяч. Безногих 1 миллион 121 тысяча. С частично оторванными руками и ногами 418905. Так называемых „самоваров“, безруких и безногих — 85942».
— Ну, а теперь взгляни вот на это, — продолжал просвещать меня Иван Степанович.
«За три дня, к 25 июня, противник продвинулся вглубь страны на 250 километров. 28 июня взял столицу Белоруссии Минск. Обходным маневром стремительно приближается к Смоленску. К середине июля из 170 советских дивизий 28 оказались в полном окружении, а 70 понесли катастрофические потери. В сентябре этого же 41-го под Вязьмой были окружены 37 дивизий, 9 танковых бригад, 31 артполк Резерва Главного командования и полевые Управления четырех армий. В Брянском котле очутились 27 дивизий, 2 танковые бригады, 19 артполков и полевые Управления трех армий. Всего же в 1941-м в окружение попали и не вышли из него 92 из 170 советских дивизий, 50 артиллерийских полков, 11 танковых бригад и полевые Управления 7 армий. В день нападения фашистской Германии на Советский Союз, 22 июня, Президиум Верховного Совета СССР объявил о мобилизации военнообязанных 13 возрастов — 1905-1918 годов. Мгновенно мобилизовано было свыше 10 миллионов человек. Из 2-х с половиной миллионов добровольцев было сформировано 50 ополченческих дивизий и 200 отдельных стрелковых полков, которые были брошены в бой без обмундирования и практически без надлежащего вооружения. Из двух с половиной миллионов ополченцев в живых осталось немногим более 150 тысяч».
Говорилось там и о военнопленных. В частности, о том, что в 1941 году попали в гитлеровский плен: под Гродно-Минском — 300 тысяч советских воинов, в Витебско-Могилёвско-Гомелъском котле — 580 тысяч, в Киевско-Уманьском — 768 тысяч. Под Черниговом и в районе Мариуполя — еще 250 тысяч. В Брянско-Вяземском котле оказались 663 тысячи, и т.д. Если собраться с духом и все это сложить, выходило, что в итоге за годы Великой Отечественной войны в фашистском плену умирали от голода, холода и безнадежности около четырех миллионов советских бойцов и командиров, объявленных Сталиным врагами и дезертирами.
Подобает вспомнить и тех, кто, отдав жизнь за неблагодарное отечество, не дождался даже достойного погребения. Ведь по вине того же Сталина похоронных команд в полках и дивизиях не было — вождь с апломбом записного хвастуна утверждал, что нам они ни к чему: доблестная Красная Армия врага разобьет на его территории, сокрушит могучим ударом, сама же обойдется малой кровью. Расплата за эту самодовольную чушь оказалась жестокой, но не для генералиссимуса, а для бойцов и командиров, чья участь так мало его заботила. По лесам, полям и оврагам страны остались истлевать без погребения кости более двух миллионов героев. В официальных документах они числились пропавшими без вести — недурная экономия для государственной казны, если вспомнить, сколько вдов и сирот остались без пособия.
В том давнем разговоре маршал коснулся и причин катастрофы, в начале войны постигшей нашу «непобедимую и легендарную» Красную армию. На позорное отступление и чудовищные потери ее обрекла предвоенная сталинская чистка рядов командного состава армии. В наши дни это знает каждый, кроме неизлечимых почитателей генералиссимуса (да и те, пожалуй, в курсе, только прикидываются простачками), а ту эпоху подобное заявление потрясало. И разом на многое открывало глаза. Чего было ожидать от обезглавленной армии, где опытные кадровые военачальники вплоть до командиров батальона отправлены в лагеря или под расстрел, а вместо них назначены молодые, не нюхавшие пороху лейтенанты и политруки..."
— Хватит! — вздохнул маршал, отбирая у меня страшный документ, цифры которого не укладывались в голове. — Теперь понятно, что к чему? Ну, и как ликовать будем? О чем писать в газету, о какой Победе? Сталинской? А может, Пирровой? Ведь нет разницы!
— Товарищ маршал, я в полной растерянности. Но, думаю, писать надо по-советски.., — запнувшись, я уточнил: — по совести. Только теперь вы сами пишите, вернее, диктуйте, а я буду записывать.
— Пиши, записывай на магнитофон, в другой раз такого уж от меня не услышишь!
И я трясущейся от волнения рукой принялся торопливо строчить:
«Что такое победа? — говорил Конев. — Наша, сталинская победа? Прежде всего, это всенародная беда. День скорби советского народа по великому множеству погибших. Это реки слез и море крови. Миллионы искалеченных. Миллионы осиротевших детей и беспомощных стариков. Это миллионы исковерканных судеб, не состоявшихся семей, не родившихся детей. Миллионы замученных в фашистских, а затем и в советских лагерях патриотов Отечества». Тут ручка-самописка, как живая, выскользнула из моих дрожащих пальцев.
— Товарищ маршал, этого же никто не напечатает! — взмолился я.
— Ты знай, пиши, сейчас-то нет, зато наши потомки напечатают. Они должны знать правду, а не сладкую ложь об этой Победе! Об этой кровавой бойне! Чтобы в будущем быть бдительными, не позволять прорываться к вершинам власти дьяволам в человеческом обличье, мастерам разжигать войны.
— И вот еще чего не забудь, — продолжал Конев. — Какими хамскими кличками в послевоенном обиходе наградили всех инвалидов! Особенно в соцобесах и медицинских учреждениях. Калек с надорванными нервами и нарушенной психикой там не жаловали. С трибун ораторы кричали, что народ не забудет подвига своих сынов, а в этих учреждениях бывших воинов с изуродованными лицами прозвали «квазимодами» («Эй, Нина, пришел твой квазимода!» — без стеснения перекликались тетки из персонала), одноглазых — «камбалами», инвалидов с поврежденным позвоночником — «паралитиками», с ранениями в область таза — «кривобокими». Одноногих на костылях именовали «кенгуру». Безруких величали «бескрылыми», а безногих на роликовых самодельных тележках — «самокатами». Тем же, у кого были частично оторваны конечности, досталось прозвище «черепахи». В голове не укладывается! — с каждым словом Иван Степанович распалялся все сильнее.
— Что за тупой цинизм? До этих людей, похоже, не доходило, кого они обижают! Проклятая война выплеснула в народ гигантскую волну изуродованных фронтовиков, государство обязано было создать им хотя бы сносные условия жизни, окружить вниманием и заботой, обеспечить медицинским обслуживанием и денежным содержанием. Вместо этого послевоенное правительство, возглавляемое Сталиным, назначив несчастным грошовые пособия, обрекло их на самое жалкое прозябание. Да еще с целью экономии бюджетных средств подвергало калек систематическим унизительным переосвидетельствованиям во ВТЭКах (врачебно-трудовых экспертных комиссиях): мол, проверим, не отросли ли у бедолаги оторванные руки или ноги?! Все норовили перевести пострадавшего защитника родины, и без того нищего, на новую группу инвалидности, лишь бы урезать пенсионное пособие...
О многом говорил в тот день маршал. И о том, что бедность и основательно подорванное здоровье, сопряженные с убогими жилищными условиями, порождали безысходность, пьянство, упреки измученных жен, скандалы и нестерпимую обстановку в семьях. В конечном счете, это приводило к исходу физически ущербных фронтовиков из дома на улицы, площади, вокзалы и рынки, где они зачастую докатывались до попрошайничества и разнузданного поведения. Доведенные до отчаяния герои мало-помалу оказывались на дне, но не их надо за это винить.
К концу сороковых годов в поисках лучшей жизни в Москву хлынул поток обездоленных военных инвалидов с периферии. Столица переполнилась этими теперь уже никому не нужными людьми. В напрасном чаянии защиты и справедливости они стали митинговать, досаждать властям напоминаниями о своих заслугах, требовать, беспокоить. Это, разумеется, не пришлось по душе чиновникам столичных и правительственных учреждений. Государственные мужи принялись ломать голову, как бы избавиться от докучной обузы.
И вот летом 49-го Москва стала готовиться к празднованию юбилея обожаемого вождя. Столица ждала гостей из зарубежья: чистилась, мылась. А тут эти фронтовики — костыльники, колясочники, ползуны, всякие там «черепахи» — до того «обнаглели», что перед самым Кремлем устроили демонстрацию. Страшно не понравилось это вождю народов. И он изрек: «Очистить Москву от „мусора“!»
Власть предержащие только того и ждали. Началась массовая облава на надоедливых, «портящих вид столицы» инвалидов. Охотясь, как за бездомными собаками, правоохранительные органы, конвойные войска, партийные и беспартийные активисты в считанные дни выловили на улицах, рынках, вокзалах и даже на кладбищах и вывезли из Москвы перед юбилеем «дорогого и любимого Сталина» выброшенных на свалку истории искалеченных защитников этой самой праздничной Москвы.
И ссыльные солдаты победоносной армии стали умирать. То была скоротечная гибель: не от ран — от обиды, кровью закипавшей в сердцах, с вопросом, рвущимся сквозь стиснутые зубы: «За что, товарищ Сталин?»
Так вот мудро и запросто решили, казалось бы, неразрешимую проблему с воинами-победителями, пролившими свою кровь «За Родину! За Сталина!».
— Да уж, что-что, а эти дела наш вождь мастерски проделывал. Тут ему было не занимать решимости — даже целые народы выселял, — с горечью заключил прославленный полководец Иван Конев."
Из книги Игоря Гарина «Другая правда о Второй мировой ч. 1. Документы»

Ингрид Нолль. Аптекарша
александр петроченков
apetrochenkov


Ингрид Нолль, проживающая в городке Вайнхайм неподалеку от Хайдельберга (университетский город Гейдельберг в этом романе называют именно так, вопреки традиционной российской орфографии), давно уже получила от литературной критики почетный титул «немецкой Агаты Кристи». Ее криминальные романы переведены на многие европейские языки, а по двум из них сняты пользующиеся успехом фильмы. В частности, по «Аптекарше» тоже снят фильм со знаменитой немецкой актрисой и певицей Катей Риманн (Katja Riemann) в главной роли.

Ранее мне доводилось читать еще один криминальный роман Ингрид Нолль (За борт! / Über Bord), оставивший самое положительное впечатление. Пишет Ингрид Нолль удивительно легко, ничуть не утомляя, а местами довольно остроумно. Страницы листаются сами собой!

В двух ее романах, которые мне довелось читать, основным местом действия оказываются окрестности Вайнхайма и Гейдельберга, которые мне знакомы не понаслышке: много раз мне доводилось бывать в этих местах, и не только проезжать на машине или поезде, но и пешком гулять в Гейдельберге, в Оденвальде и по извилистым дорожкам среди виноградников в районе Хеппенхайма — как раз там, где совершает свои пешие прогулки героиня романа, обдумывая план своих действий.

Героиня романа, работающая аптекаршей в Гейдельберге, на протяжении своей жизни по воле случая и без злого умысла лишила жизни несколько человек, которые имели несчастье или неосторожность оказаться у нее на пути. Еще в школе прозвали «убийцей», нанеся ей психологическую травму, оставившую след и последующей жизни. У нее трудно складывается личная жизнь, почему-то ее партнеры зачастую оказываются людьми непорядочными, мошенниками или несчастными неудачниками.

Став взрослой, питающая тайную страсть к ядам героиня, выбрала работу аптекарши. Она мечтала, как и все нормальные женщины, о муже, ребенке и доме. Она знакомится с молодым человеком, богатый дед которого в завещании оставляет все свое состояние и виллу той, кто выйдет замуж за внука. Деда отравляют. После этого следует целая вереница убийств. Странную историю своей жизни, включая запутанные сексуальные отношения, которые всё никак не складываются в счастливую семейную жизнь, она рассказывает по ночам соседке по больничной палате.

Но не буду продолжать, чтобы не раскрыть интригу: решится ли она, теперь уже сознательно, устранить последнюю помеху своему семейному благополучию?

Смотреть: Аптекарша / Die Apothekerin (1997): https://my-hit.org/film/17603/
Ингрид Нолль. Аптекарша (Der Apothekerin). / Переводчик: Г. Шевченко. — М.: Иностранка, 2001. — 263 с. — Тираж 15000 экз. — (Серия: Лекарство от скуки) — Мягкая обложка. 

Владимир Сорокин. Теллурия
александр петроченков
apetrochenkov

1007466165

Владимир Сорокин написал роман (а роман ли это?) в свойственной ему свободной фантазийной манере, знакомой читателям по его предыдущим книгам, таким как «Метель», «Норма», «День опричника», «Сахарный Кремль» и др., где он рисует зримые образы, давая волю своему воображению. Многие образы этой книги явно уже знакомы читателям, так как встречались в прошлых книгах — маленькие и большие люди, заменяющие собой железных коней лошади разного размера и тому подобное.

Скорее всего, это произведение следовало бы отнести к научной фантастике, ибо действие происходит где-то в середине или во второй половине нынешнего века. Но фантастика эта довольно политизированная и идеологизированная, отсылающая читателя к нынешним реалиям и проблемам. Уверен, что множество предметов, которых касается в своем произведении Владимир Сорокин, появились на страницах книги с провокационной целью в пику властям ради доведения до абсурда, чтобы что-то противопоставить нынешним печальным политическим тенденциям. Происходит это, скорее всего потому, что нынешняя ультраконсервативная Государственная Дума, которую не зря называют «бешеным принтером», озабочена такими же предметами. Госдура, не читая, принимает громадное количество безумных законов, над которыми просто необходимо поиздеваться, хотя книга Сорокина не похожа на политическую сатиру.

Запретили пропаганду наркотиков? Да вся книга Владимира Сорокина только этому и посвящена — здесь подробнейше смакуется применение и распространение наркотика на основе теллура. Теллурия — это государство на Алтае, единственное место на планете, где добывают теллур, из которого якобы делают особые наркотические гвозди, которые забивают в голову и люди улетают, обретая смысл жизни. Причем этот супер наркотик несравненно мощнее любых прежних героинов и кокаинов. Такая вот мечта поэта.

Запретили пропаганда гомосексуализма? Пожалуйста! В книге Сорокина геи представляют чуть ли не основной тип любовных отношений. И гомосексуалы описываются вполне симпатичными людьми, отметая православную истерику по поводу ужасных пидоров, заполонивших весь свет. Кстати, в книге есть еще и педофилия, для особых эстетов. А в последней главе книги описывается персонаж-отшельник, построивший себе избу в лесу, чтобы уйти ото всех людей и ласкать там зверушку лохматую. Вот как заканчивается книга Сорокина:

«Соли у меня три пуда, покамест хватит, засолю лосятины, сооружу коптильню, буду грудинку кабанью коптить. Сперва очаг черный обустрою, а на будущий год за глиной съезжу на реку, нарублю кирпичей из бульников, сложу печь, обмажу глиною. А там и круг гончарный поставлю, буду крынки-махотки скуделить да обжигать. Наполню их барсучьим жиром, кабаньим салом, орехами, ягодами сушеными, облепихою, грибами солеными. Погребок просторнай вырою, с ледником. Рожь посею, чай, семян прихватил. Буду хлеб печь, пиво варить да на печи греться. Мож, зверушку какую лохматую заведу себе для дружбы, чтоб не скучать. Нам лишнего не надобно, ни баб, ни кина, ни пузырей, ни пирамидок, ни гвоздей, ни войны, ни денег, ни начальства вашего. Так и доживу свой век. Дом есть, крыша не текет, пожрать есть что. На работу ходить не надобно, паши знай на себя любимого. Спи, когда тебе вздумается. Кланяйся токмо солнышку. Ласкай токмо зверушку лохматую. Пререкайся токмо с птицами лесными. Что еще человеку надо?»

Запретили обсуждать сценарии распада Российской Федерации? О, этого добра в книге сколько угодно! Сибирь от РФ отвалилась окончательно и бесповоротно, во Владике китайцы с японцами, на острове Сахалин на карте японские иероглифы, а европейская Россия распалась на полтора десятка микрогосударств. Есть Московия, Рязанское княжество и даже СССР — Сталинская Советская Социалистическая республика со столицей Сталинградом, хотя находится эта новая СССР где-то на пустовавших территориях за Уралом. Впрочем, после войн с ваххабитами развалилась не только Российская Федерация, но и Евросоюз. Причем Германия распалась на отдельные маленькие княжества и государства. А вот США в книге ни разу не упоминаются, а жаль. Зато в двух соседних главах говорится о трех бюстах лысых вождей, вырубленных в камне:

«Внуки мои дорогие, это три изваяния трех роковых правителей России, перед вам Три Великих Лысых, три великих рыцаря, сокрушивших страну-дракона. Первый из них, говорит, вот этот лукавый такой, с бородкой, разрушил Российскую империю, второй, в очках и с пятном на лысине, развалил СССР, а этот, с маленьким подбородком, угробил страшную страну по имени Российская Федерация. И все три бюста вырубил шестьдесят лет тому назад мой покойный муж, демократ, пацифист, вегетарианец и профессиональный скульптор в то лето, когда дракон Россия окончательно издох и навсегда перестал пожирать своих граждан. И стала бабуля к каждому бюсту подходить и класть на плечи конфеты и пряники. И говорила: это тебе, Володюшка, это тебе, Мишенька, а это тебе, Вовочка.»

Запретили употреблять известную непечатную лексику? В новой книге Владимира Сорокина русская лексика представлена во всей своей полноте, без исключений и изъятий, хотя книга совсем не матерная. Вот, например, отрывочек, где на Франкфуртской ярмарке знакомятся два гея:

«Патрика он приметил возле пятой модели известной машины по превращению слов в гастрономические блюда, кои при желании могли получить и отведать посетители ярмарки. Любознательный Патрик, заплатив небольшую сумму, произнес в словозаборник русское слово “пиздец”, и машина, слегка поурчав, выдавила из себя нечто овально-зеленовато-розовое, с оранжеватыми протуберанцами и бордовым полушарием посередине. Блюдо пахло неопределенностью.

– Вы будете это есть? – поинтересовался Энгельберт, наблюдая.

– Обязательно! – тряхнул своей лохматой головой Патрик так, что его серьга-птеродактиль открыла клюв и каркнула.

Патрик и его птеродактиль сразу понравились Энгельберту. Он тоже заплатил машине и произнес: Dasein. Из полупрозрачного раструба машины выполз красивый кубик цвета слоновой кости.»

Ну какая же это матерщина? Это откровенная научная фантастика.

Самое важное, что невольно бросается в глаза читателю, это литературное мастерство автора. Книга состоит из пятидесяти отдельных глав, действие в которых только косвенно связано друг с другом. Одна из глав написана от имени "русского" кентавра, который почему-то рассказывает свою историю по-польски. Этот текст написан кириллицей, и всё в нем прекрасно понятно без перевода. Все главы книги написаны в разном стиле, они рисуют разные места, разные ситуации, разных людей, разные идеи, разные идеологии, разные культуры. Передается все это разнообразие экономными, но очень выразительными языковыми средствами, и зачастую эти тексты выглядят просто блестяще. Кажется, виртуозное стилистическое мастерство автора и является главным содержанием этой книги.

Владимир Сорокин. Теллурия. — М.: Corpus, 2013. — 448 с. — Тираж 20000 экз. — Твердый переплет. — Возрастные ограничения: 18+.


Сериал «Крик совы»
александр петроченков
apetrochenkov

После восторженного отзыва в блоге моего френда Владимира Дарагана, живущего в Миннеаполисе, я посмотрел в онлайне все десять серий фильма «Крик совы», который показывали на Первом канале в начале ноября, когда я уехал из Москвы в Смоленск, а оттуда съездил в Псков навестить родителей. Действие в фильме происходит в Острове и Пскове. Мне эти места хорошо знакомы, так как я постоянно жил в Пскове с 1951 по 1968 год, и в Острове бывал неоднократно. Однажды, в середине 60-х, мы с нашим школьным классом даже ездили на велосипедах на Гороховое озеро, которое находится под Островом. Бывал я в Острове и позже на практике, когда учился в институте.
Read more...Collapse )

Гюнтер Грасс. Траектория краба
александр петроченков
apetrochenkov

Это была крупнейшая морская катастрофа за всю историю: 30 января 1945 года подводная лодка С-13 под командованием Александра Маринеско потопила немецкий суперлайнер «Вильгельм Густлофф», на борту которого находилось не менее десяти тысяч человек. Спасти удалось немногих, но достоверно известно, что одна из спасенных начала рожать в момент взрыва торпед и родила сына ровно через два часа после гибели «Вильгельма Густлоффа». При этом в ледяных водах Балтики у Штольпебанк погибло множество пассажиров, включая стариков, раненных и около пяти тысяч детей. Так начинается эта непростая история, наполненная глубоким историческим смыслом.
Read more...Collapse )